Башкирские милиционеры не раз отличились во время Великой Отечественной войны

Вряд ли найдется в средствах массовой информации перестроечного времени и последующих лет категория людей, которые бы подверглись такому шельмованию и клевете, как сотрудники органов внутренних дел.

 

Герои из «органов»

Масштабная обструкция не обошла и их деятельность во время Великой Отечественной войны. Между тем органы НКВД СССР сыграли решающую роль в самые напряженные и ключевые моменты военной поры. Не остались в стороне и наши земляки, служившие тогда в этом наркомате.

Избитый штамп, без которого современный фильм и не фильм вовсе - энкавэдешник обязательно должен иметь откормленную лоснящуюся физиономию, быть одет в новый мундир и носить роскошные хромовые сапоги. Если он отсиживается в тылу, то охраняет невинных зеков, осужденных непременно по 58-й «антисоветской» статье. А если дело происходит на фронте, то только тем и занят, что строчит доносы на бойцов и командиров или гонит пулеметами заградотрядов на бессмысленную гибель толпы безоружных и безвинных штрафников. К тому же непременно должен быть садистом, развратником и пьяницей.

Действительность заключалась в том, что органы НКВД, в отличие от армии, оказались более готовы к войне, и ещё поздним вечером 21 июня 1941 года внутренние войска и пограничные округа, а они входили тогда в структуру органов внутренних дел, были приведены в боевую готовность. С хрущевских времен упорно замалчивается, что основную роль в обороне Брестской крепости сыграли конвойные войска, а бессмертную надпись на стене цитадели «Умираю, но не сдаюсь! Прощай Родина!» написал боец 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД СССР.

Через неделю после начала войны 29 июня 1941 года Сталин узнал о падении Минска не из генштаба РККА, а из сообщений иностранного радио, и, как считают современные исследователи Второй мировой войны, у советского вождя резко пошатнулось доверие к своим военным. Именно в этот день появляется знаменитый приказ ставки Главного командования № 00100 о срочном формировании 15-й дивизий резервного фронта на базе кадров НКВД.

Четыре из шести советских армий, стоявших насмерть под Смоленском, возглавляли командармы из наркомата внутренних дел, а первую успешную наступательную операцию Красной Армии – ельцинскую - провела 24-я армия резервного фронта под командованием генерала Константина Ракутина - тоже выходца из «органов».

- По данным оргштатного отдела НКВД Башкирской АССР, на начало войны штат республиканского ведомства составлял 3085 сотрудников, - рассказывает хранитель музея, методист культурного центра МВД по РБ Розалина Лукманова. - Более половины башкирских милиционеров ушло на фронт, подавляющая часть из которых были добровольцами.

Геройски сражались и погибли, защищая свою страну, начальник управления милиции БАССР Лев Гумелевский, руководящие работники уголовного розыска республики Михаил Аньшев и Мизгар Бикташев, начальник политотдела НКВД Башкирии Сергей Власов и многие другие сотрудники республиканских органов внутренних дел. С первого дня войны сотрудники башкирского наркомата выстраивались в очередь, чтобы добровольно исполнить свой долг перед Родиной.

Лучших снайперов СССР выращивали в НКВД

Каких только задач не ставил Государственный комитет обороны перед сотрудниками органов внутренних дел, вплоть до того, что наркомат должен был следить за своевременностью доставки почты и посылок красноармейцам на фронт и их писем домой.

Когда в начале войны дело со связью ставки с фронтами стало просто невыносимым, ГКО передал этот вопрос наркомату внутренних дел, и через несколько месяцев проблема была снята. НКВД обеспечил четкую и бесперебойную связь из Кремля вплоть до каждой дивизии.

Главной опорой обороны Ленинграда осенью 1941-го были несколько дивизий НКВД, которые вместе с частями народного ополчения остановили врага на подступах к северной столице.

До конца не оценен вклад сотрудников внутренних дел в оборону Москвы. Министром внутренних дел БАССР с 1954 по 1962 год был Иван Кожин, который в 1941 году возглавил политотдел московского городского управления милиции. Какая чрезвычайная ситуация создалась в Москве в октябре того года, хорошо известно: началась паника, грабежи магазинов, в город ринулись дезертиры. Но благодаря принятым решительным мерам органы внутренних дел быстро навели порядок в столице. Заслуженно Иван Акимович награжден несколькими боевыми орденами. Но особенно дорога для него была медаль «За оборону Москвы».

Последними воинскими частями, успевшими преградить путь врагу в Стaлинград Баку и Грозный в 1942 году, тоже были формирования НКВД СССР. С середины 50-х этот подвиг старательно замалчивался, поскольку тогдашний глава государства Никита Сергеевич Хрущев был одним из главных виновников катастрофического поражения советских войск под Харьковом и прекрасно знал, кто спас потом положение на фронте. В тех страшных кровопролитных боях на юге страны отличился наш земляк Роман Бабушкин, завершивший войну Героем Советского Союза и ставший впоследствии полковником внутренней службы.

Примечательно, что значительная часть руководящих работников МВД БАССР прошли фронтовую школу. Среди них полковник милиции Федор Малухин, подполковник внутренней службы Фатхислам Ихсанов, майор милиции Владимир Григорьев и многие другие.

Всего органами НКВД СССР во время войны было сформировано 29 первоклассных дивизий. На фронт ушли и наиболее подготовлены в физическом и профессиональном плане сотрудники башкирской милиции, которые в основном вливались в части, формируемые в Челябинской и Свердловской областях. Там же осенью 1942 года была сформирована и знаменитая 70-я отдельная армия войск НКВД, выучку и героизм которой отметил в своих мемуарах даже скупой на похвалу маршал Жуков.

Военная подготовка сотрудников внутренних дел была несравненно выше, чем в Красной армии. К войне наркомат внутренних дел готовился загодя и основательно. Историки подсчитали, что с 25 ноября 1938 года по 21 июня 1941-го примерно половина приказов по НКВД было посвящено боевой подготовке военнослужащих внутренних войск, пограничников и других своих сотрудников. После начала войны Наркомат внутренних дел СССР издал директиву, требующую от работников милиции в любое время, в любой обстановке быть готовыми к самостоятельному или совместно с подразделениями Красной армии выполнению боевых задач.

Не случайно из вернувшихся живыми с фронта сотрудников НКВД БАССР боевыми орденами и медалями был награждено 332 человека, а всего органы внутренних дел Башкирии дали Родине шесть Героев Советского Союза. Это, помимо упомянутого Романа Бабушкина, старшина Каюм Ахметшин, младший лейтенант Габит Ахмеров, старший сержант Худат Булатов, полковник Александр Пикунов и майор Анатолий Хохлов. Полными кавалерами почетного ордена Славы стали лейтенант Валиахмет Сулейманов и старший лейтенант Григорий Подденежный.

5 июля 1941 года командование конвойных войск обратилось в свой наркомат с предложением начать военное обучение бойцов народного ополчения и истребительных батальонов, что и было немедленно принято.

Ещё до войны в структуре внутренних войск были введены снайперские подразделения. А каких специалистов готовили снайперские школы НКВД для фронта! Их выпускники в Красной армии были просто нарасхват.

По приказу наркома Лаврентия Берии в августе 1942 года 50 лучших снайперов НКВД, вооруженных винтовками с оптическими прицелами и глушителями, срочно перебросили самолетами в район кавказских перевалов. Прекрасно экипированные и замаскированные бойцы быстро выбили офицеров, командовавших отрядами горных егерей дивизий «Эдельвейс» и «Тирольцы». Вскоре подоспели и отборные части внутренних войск НКВД. Лишившись значительной части командиров и натолкнувшись на упорное сопротивление, фашистские войска остановили свое продвижение в Закавказье.

Откуда брались предатели

Всё это делалось помимо основной задачи, которая стояла перед органами НКВД во время войны, а именно - охрана тыла действующей армии, ликвидация вражеской агентуры и её пособников, поддержание режима прифронтовой полосы. Буквально за пару месяцев после начала войны сотрудники внутренних дел и чекисты практически полностью ликвидировали группы диверсантов, которых враг во множестве забросил в тыл наших войск. Немцам не удалось создать даже малейшее подобие партизанского движения. Германские агенты вылавливались пачками. С другой стороны, именно НКВД являлось реальным организатором и руководителем партизанского и подпольного движения в тылу врага. Легендарная отдельная мотострелковая бригада особого назначения – ОМСБОН - тоже детище НКВД. Не остались в стороне и башкирские милиционеры.

- Сотрудники органов внутренних дел Башкирии внесли значительный вклад в Победу, активно участвуя в боевых действиях не только на фронте, но и сражаясь в тылу врага, участвуя в различных формах сопротивления фашистам за пределами СССР, - подчеркивает хранитель музея МВД республики.

Так, старший оперуполномоченный уголовного розыска НКВД БАССР Константин Зюков по заданию Военного совета 4-й армии Калининского фронта в мае 1942-го был направлен в тыл врага для организации партизанского движения. Блестящий профессионал и отважный воин не дожил до Победы, но за свой ратный подвиг он был посмертно награжден орденами Красной звезды и Отечественной войны I степени.

В составе одной из диверсионных групп НКВД была и Зоя Космодемьянская, на которую «либеральной общественностью» за последние пару десятилетий вылито немало ушатов грязи, вплоть до того, что Зоя была якобы психически ненормальная, и поэтому, мол, её не сразу отправили на задание. Реальная причина была в другом. Зоя была «слишком» красивой и ухоженной столичной девушкой, и командование всерьез опасалось, что она могла сразу обратила на себя внимание немцев.

Ещё один миф – бывшие военнопленные Красной армии, которых по утвердившимся стереотипам скопом гнали в колымские или воркутинские лагеря, где над ними глумились холеные энкавэдэшники.

По данным НКВД, материалам современных историков и общества «Мемориал», которое трудно заподозрить в симпатиях к советским правоохранительным органам, репрессиям во время войны подверглось, в том числе отправкой в штурмовые батальоны, около 10% военнопленных, большинство которых вполне этого заслужило. Иначе, откуда же брались во время войны власовцы, полицаи, старосты, бургомистры, так называемые «хиви» - добровольные помощники вермахта и прочие пособники фашистов?

По опубликованным ныне документам по состоянию на 1 января 1941 года в лагерях и колониях СССР находилось 1929 тысяч заключенных. За полгода после начала войны по двум амнистиям, проведенным по предложению наркомата внутренних дел, было амнистировано 420 тысяч человек. Годных к строевой службе мужчин отправили на фронт в обычные части. Всего за первые три года войны на укомплектование Красной армии ушло 975 тысяч бывших заключенных. Отпустили из колоний также осужденных за незначительные преступления инвалидов, престарелых, несовершеннолетних, беременных женщин и женщин, имевших детей. Обычно не выпускали сидевших за контрреволюционные преступления, то есть по 58-й и ряду других «антисоветских» статей. Поэтому сериалы типа «Штрафбата» очень далеки от объективности.

Национальный герой страны, уфимец Александр Матросов тоже бывший заключенный. Ещё находясь в детской колонии, он рвался на фронт и написал об этом в письме народному комиссару обороны. Ему поверили, и из Уфы в военное училище Саша уехал с блестящей характеристикой. В армии был принят в комсомол. Озлобленный на всех человек вряд ли пожертвовал бы собой и совершил подвиг, который навсегда обессмертил его имя.

Или вот ещё один малоизвестный факт – из военизированной охраны лагерей и тюрем на комплектование боевых частей Красной армии передали 93,5 тысячи военнослужащих, которых заменили лицами старших возрастов, гражданами, негодными по здоровью для службы в действующей армии, а также освобожденными из немецкого плена бойцами и командирами Красной армии. Всего ГУЛАГ отправил на фронт 117 тысяч кадровых сотрудников, то есть 10 полноценных стрелковых дивизии.

Обычные обязанности во время войны с милиции никто не снимал

Только к началу 1942 года в Башкирию прибыло 278 тысяч эвакуированных граждан, 104 тысячи из которых разместились в Уфе. В столице республики до войны проживало всего 235 тысяч человек, и поэтому нагрузка на город стала очень большой. Тем не менее наша милиция с честью отстояла свой участок работы. Паспортный режим, соблюдение правил прописки и выписки, проверка «сомнительного контингента» выполнялись четко и неукоснительно. А сколько дезертиров, пробравшихся с фронта в глубокий тыл и пытавшихся промышлять воровством и разбоем, выловили наши милиционеры! Это отдельная и очень драматичная история. Вот только один эпизод. В 1942 году на территории Иглинского и соседних с ним районов развернула активную деятельность бандгруппа дезертиров во главе с Петром Вайдером, которая совершила 4 теракта, 8 убийств, многочисленные вооруженные ограбления школ, сельпо, артелей и обычных граждан. В схватках с преступниками погибли семь милиционеров, пока, наконец, в январе 1946-го разбойничья шайка не была обезврежена, а её участники и их пособники задержаны. Главаря шайки Петра Вайдера по приговору военного трибунала Южно-Уральского военного округа расстреляли в апреле того же года. По заслугам получили и его сообщники.

Очень важная сторона деятельности башкирской милиции в годы войны – оказание помощи детям. Работники республиканской милиции занимались выявлением безнадзорных и безпризорных детей, размещением их в приемниках распределителях и детских домах.

Основные промышленные и продовольственные товары во время войны строго нормировались и продавались по карточкам. Поэтому первостепенной задачей органов БХСС НКВД БАССР была борьба со спекуляцией.

- Наряду с героями фронта и тружениками тыла обнаружилась тогда и совершенно иная категория лиц – мародеры и спекулянты, - снова рассказывает Розалина Лукманова. - Но сотрудники милиции эффективно боролись с ними, пополняя государственный бюджет изъятыми денежными средствами и материальными ценностями.

Символично, что парад Победы в Москве 24 июня 1945 года завершал сводный батальон военнослужащих дивизии НКВД имени Дзержинского, которые бросили к подножью мавзолея на Красной площади 200 вражеских знамен и штандартов. Дзержинцы были в перчатках - чтобы не касаться руками вражеского древка, а чужеземные знамена летели на специальный деревянный помост, чтобы они не могли осквернить брусчатку. После парада перчатки и помост сожгли.

Евгений Костицын