Ньюсмейкер грозового эфира

Не каждое событие становится новостью. Событие - всего лишь факт жизни, в то время как любая новость рукотворна.

Изготовители новостей, или, как именуют сегодня, - ньюсмейкеры - это и есть те люди, которым подвластно искусство преображения череды спонтанно происходящих событий в упругую новостную ленту, бесстрастно фиксирующую всё самое важное и заметное, что только и достойно именоваться настоящим ХОДОМ ИСТОРИИ.

В этой профессии долгожители встречаются редко. Создание новостей - очень трудное производство, требующее от ньюсмейкера безостановочной работы ума, обширных и многогранных знаний, мгновенной реакции, чутья и такта. Это ещё и очень рисковое дело, если сознавать, как много могут значить слова, когда они становятся вестью.

Руководитель пресс-бюро Главного командования внутренних войск МВД России, заслуженный работник культуры Российской Федерации, полковник Василий Панченков - именно тот человек, чьи новости о войсках каждый божий день на протяжении двух десятилетий читают и смотрят россияне.


Оружие – слово

В фокус объективов телекамер и на первые полосы газет майора Василия Панченкова нежданно-негаданно вынесла контртеррористическая операция на Северном Кавказе.

Та самая, вошедшая в историю России как первая чеченская, что запомнилась россиянам горечью изначальных военных неудач, растерянностью власти и прессы, нахрапистой пропагандой сепаратистов и погасшими глазами до смерти измотанных боевым походом солдат и офицеров.

Появившийся в те дни на телеэкранах в качестве официального представителя внутренних войск МВД России Василий Панченков сразу же приглянулся зрителям. Невозмутимый даже в грохоте близкой перестрелки, Панченков словно излучал спокойную уверенность силы, что сразу же было воспринято россиянами как обнадёживающий, ободряющий всех сигнал.

Своим видавшим виды камуфляжем, бронежилетом и даже скромным в ту пору майорским чином Панченков олицетворял в глазах людей именно тех солдат и офицеров с передовой, чьи слова о происходящем были предельно честны и исчерпывающе правдивы.

Сводки о действиях внутренних войск и бое­столкновениях со ссылкой на доселе никому не известного Василия Панченкова отныне уже не сходили с первых полос газет и новостных лент российских и мировых информационных агентств.

Начать эту историю по-хорошему следовало бы с самого детства нашего героя - с исчезнувшего впоследствии с географических карт посёлка Комарой нынешнего Железногорского района Курской области. От отца, гидрогеолога, ему досталась исследовательская страсть да лёгкость на подъём. Мама же, преподававшая в сельской школе русский язык, с первых прописей выучила сына держать перьевую ручку особым образом - как делали это прежде лишь профессионалы-словесники.

Суть не только в чистописании, а скорее, в мировоззрении, которое обязывает каллиграфа к ясности мысли, логической завершённости фразы и ответственности за каждое слово, которое в умелых руках может стать как разящим насмерть оружием, так и самым целительным снадобьем.

Предчувствие беды

К осени 1994 года, к поворотному моменту своей судьбы, он был уже опытным военным журналистом и политработником. В пору осложнения политической ситуации успел побывать вместе с войсками и в Тбилиси, и в Нагорном Карабахе.

Но, отправляясь на Кавказ осенью 1994 года в паре с солдатом-видеооператором, он и представить себе не мог, какой отчаянной окажется предстоящая командировка.

Начало той контртеррористической операции для него отныне символизируют две прочно связанные между собой истории.

Первая - выезд из Моздока танковой колонны.

Самостоятельно боевые машины заводиться никак не хотели. Поэтому их экипажи, суетясь и ругаясь, «прикуривали» от аккумуляторов последнего, единственного, наверное, исправного танка. И уже вскоре Панченкову предстояло вновь увидеть давешних танкистов, но на этот раз - ранеными и обожжёнными, когда со стонами и криком сгружали их с машин возле наскоро устроенного госпиталя.

Вторая история была профессиональная. С началом боевых действий в Моздок во множестве приехали журналисты отечественных изданий, радио и ТВ. Они терпеливо ожидали хоть какой-нибудь информации от облечённых властью людей.

Первым, кто это понял, оказался генерал-лейтенант Станислав Кавун, в то время заместитель командующего внутренними войсками МВД России по работе с личным составом. В самых трудных ситуациях он оставался вместе со своими бойцами и, вспомнив о журналистской специальности Панченкова, поручил ему собрать рассыпавшихся по Моздоку журналистов для первой пресс-конференции.

Этот, на ура прошедший диалог командования внутренних войск с прессой, и стал началом повседневной и к взаимной пользе организованной работы силовых структур с гражданскими журналистами в районе вооружённого конфликта.

Так началась деятельность полноценной пресс-службы внутренних войск МВД России, руководителем которой тут же, де-факто, стал именно Василий Панченков. 

На информационном фронте

Удачей, наверное, являлось и то, что Панченков был из профессиональных журналистов, а потому не стал расценивать новую должность в качестве «тормоза» для ищущей новостей, эксклюзива и экшена прессы. Хорошо понимал, что настоящей целью любого репортёра является желание оказаться самым первым на месте событий.

Когда получалось, заказывал вертолёт, чтобы отправить корреспондентов туда, где намечалось что-то важное.

Ещё чаще летал с камерой сам.

Успев утром снять «картинку» из очередного освобождённого от бандитов села, быстро экспромтом наговаривал текст. Этот материал, отправленный через спутник на главные телеканалы России, уже к вечеру чаще всего преображался в спецвыпуск новостей.

Он так и провоевал, что называется, с ручкой наперевес, самоотверженно прикрывая свои войска там, где ни на час не утихали грозные информационные побоища.

В боевых действиях и люди узнавались быстрее. Вспоминая Бориса Кольцова с НТВ, Александра Коца из «Комсомольской правды», Сергея Брилёва из программы «Вести», Николая Мамулашвили с «Радио России» или Юлию Калинину из «Московского комсомольца», Василий Панченков говорит о журналистах, глубоко и искренне им уважаемых. За верность профессии. За личное мужество. За человеческую порядочность. За честность в написанных, рассказанных и отснятых ими материалах.

Позднее в Чечню потянулись и иностранные журналисты.

Самая первая помощь, которую оказал Панченков зарубежной прессе, заключалась в обу­чении американских репортёров технологии извлечения воды из рукомойника в солдатской столовой. Встретившись с этим устройством впервые, они осторожно, как первобытные люди, трогали его руками и вымученно улыбались, не в силах разгадать принцип действия.

Иностранцы попадались разные: в большинстве своём - люди славные, но почти сплошь зацикленные на поиске «военных преступлений».

Панченков вместе с ними объехал едва ли не все воинские части в бесплодных поисках так называемых зинданов - земляных ям, где, по мнению приезжих журналистов, могли бы содержаться в плену арестованные боевики.

После очередных безуспешных рейдов по Чечне у Панченкова состоялся интересный разговор с одним из польских журналистов. «Василий, - посетовал он, - у меня есть чёткая задача редактора написать о чём-нибудь ужасном. Мы ездим вот уже три дня, но ничего, кроме положительного, я так и не увидел. Как же мне быть?» - «Напиши правду», - засмеялся Панченков, что расстроило поляка почти до слёз.

Образцом профессионального поведения в самой сложной обстановке остаётся для Василия Васильевича китайский тележурналист Лу Юйгуан из телекампании «Феникс».

Мастерство и отвага, с которой работал этот человек в условиях боевой обстановки, подвигли руководителя пресс-службы после одной из командировок написать командованию внутренних войск представление о награждении Лу Юйгуана нагрудным знаком внутренних войск «За отличие в службе» 2-й степени.

Нынешнее пресс-бюро, неизменно возглавляемое полковником Василием Паченковым в течение двух десятков лет, - важная коммуникация, связующая современные внутренние войска со всем российским обществом.

Со времён контртеррористической операции в Чечне все главнокомандующие внутренними войсками МВД России воспринимались, безусловно, уже как фигуры политические. Такова и мера ответственности полковника Панченкова, для которого поддержка авторитета командования и войск, а также согласованная работа в едином информационном пространстве МВД России - это многомерное дело, в котором недопустимы легковесность оценок и некомпетентность.

Цена новости

Время от времени отчего-то вспоминается один из дней в стреляющей Чечне, когда вертолёт, в котором он летел с очередных съёмок, неожиданно сел в поле, чтобы забрать по пути только что погибшего офицера.

Фантасмагорическая картина: у госпитальной палатки взахлёб курил военный хирург. И фартук, и руки его были в крови, как и полог палатки, из которой вскоре вынесли тело убитого капитана.

Всё оставшееся время, пока вертолёт летел в Ханкалу, Панченков почему-то смотрел на подошвы армейских ботинок этого неизвестного ему человека: на них ещё подсыхала свежая, словно ещё живая, земля…

Жить с этим - значит чувствовать свой безмерный долг перед всеми живыми и мёртвыми, чей подвиг зачастую оказывается воплощён всего лишь в мимолётной новостной строке.

Но такова драгоценная, а порой и смертная цена каждого становящегося новостью слова.

Будем честны: руководитель пресс-службы крупной военной структуры, конечно же, обладает военной тайной и хорошо понимает, какая информация подлежит умолчанию, чтобы не давать противнику козырей.

Правда, некоторые журналисты нет-нет, да и упрекали его, мол, мог бы рассказать и побольше. В таких случаях Панченков отшучивался, насколько удавалось. Ведь не всё подлежит огласке. А его работа - это контролировать...

Однако в том, что он говорил и скажет, будьте уверены, чистой правдой окажется всё.

И так - до самого последнего слова.

 

Андрей ЭДОКОВ