«Ни один законопослушный гражданин от внутренних войск не пострадал»

«Необходимо ввести абсолютный запрет на применение ОМОНа для пресечения мирных гражданских акций, даже несогласованных. Кроме того, нужно расформировать внутренние войска, так как для охраны правопорядка эта структура бесполезна. То же можно сказать и о центре по борьбе с экстремизмом — он также должен быть упразднен в нынешнем виде», — говорится в заявлении организаторов недавнего митинга за реформу милиции на фоне публичных скандалов вокруг противоправных действий милиционеров.

 

В беседе с военным обозревателем «Времени новостей» Николаем ПОРОСКОВЫМ заместитель министра — главнокомандующий внутренними войсками МВД России генерал армии Николай РОГОЖКИН рассказал о своем видении роли и места ВВ в российской системе власти.

 

— Внутренние войска мирные гражданские акции никогда не пресекали и не разгоняли. Мы принимаем участие в обеспечении общественного порядка при проведении различных митингов, манифестаций, шествий. Но ни один законопослушный гражданин не пострадал ни от ОМОНа, ни от милиции, ни от внутренних войск. И никогда не пострадает. А вот хулиганствующие элементы, которые иногда находятся в толпе (в основном митинги проходят организованно), будут в любом случае выявлены и наказаны по закону.

 

Пусть люди проводят свои митинги, но не хулиганят, не оскорбляют руководство страны, существующий строй, тем более проявляя элементы вандализма, громя памятники, уничтожая флаги. Как главнокомандующий я сегодня страну без органов внутренних дел, структурной составляющей которых являются внутренние войска, не представляю.

 

— Московский городской комитет КПРФ не раз прогнозировал в столице антиправительственные митинги и бунты, на разгон которых будут направлены внутренние войска и милиция. С возможными беспорядками коммунисты связывают и тактические учения, в частности 55-й дивизии Центрального регионального командования. Что можно ответить комитету?

 

— 55-я дивизия стоит в Москве, у нее задача обеспечить общественный порядок, и мы должны учить штабы полков, батальонов выполнению этой задачи. При этом не стоит понимать проблему столь однобоко. Ведь кроме митингов, прямо скажем немногочисленных, в столице проводится огромное количество массовых мероприятий — концерты, футбольные матчи, народные гулянья, в которых участвуют тысячи людей. Не за горами Новый год. Грамотно действовать в нештатной ситуации в таких условиях — значит спасти жизнь и здоровье граждан. Поверьте, нет ничего страшнее неуправляемой толпы. Еще более сложно действовать в метрополитене, где ежедневно несут службу наши солдаты и офицеры. Поэтому согласно плану подготовки войск в течение года и проводится несколько учений. Ни с чем другим эти учения не связаны. В том числе они не связаны с прогнозированием беспорядков. Если возникнет необходимость в наведении порядка в столице, для этого будут привлечены силы и средства, в том числе и 55-я дивизия.

 

— Что сегодня представляют собой внутренние войска — численно, структурно, качественно?

 

— Это главное командование и семь региональных командований с дислокацией по федеральным округам. Мы в полном объеме вписаны в государственную вертикаль управления. Структурно войска делятся на дивизии, бригады, полки, батальоны. Все оперативные части — на бригадно-батальонной системе. У нас пять военных институтов, также наши военнослужащие учатся в вузах Министерства обороны. Войска укомплектованы офицерами на 96--98%, прапорщиками — на 92-94%. Все они профессионально подготовлены, все старшие офицеры и процентов 70 младших прошли боевую школу, не единожды выполняя задачи на территории Северного Кавказа.

 

У нас нет паркетных генералов, все прошли окопы. Скажу больше, по нашим подсчетам, сегодня статус участника боевых действий имеет более 600 тыс. человек, которые прошли службу во внутренних войсках. Для любого офицера любого регионального командования выехать для выполнения боевого задания проблемы не существует. У нас быть посланным в горячую точку — честь, как и выполнить задачу, вернуться живым.

 

Специальные моторизованные воинские части ВВ — те, что охраняют совместно с милицией общественный порядок на улицах, — находятся в 49 городах. В составе войск имеются авиационные, морские, инженерные части, части радиационной, химической, биологической и бактериологической защиты, разведывательные, специального назначения, медицинские, тыловые — набор даже чуть шире, чем в сухопутных войсках.

 

— Главная силовая составляющая государства — вооруженные силы — активно меняет облик. Министр обороны Анатолий Сердюков как-то обмолвился: «После нас, я так полагаю, свое построение пересмотрят внутренние войска. Они уже начинают понемножку его менять». Вашим войскам нужна реформа?

 

— Лучше сказать — оптимизация, модернизация при том же составе и структуре применительно к существующей ситуации. Все же реформа предполагает «что-то взять и поменять». Такой подход во внутренних войсках не планируется.

 

У нас триединая задача: борьба с бандитизмом и терроризмом, с правонарушителями и хулиганами, а также охрана важных государственных объектов и сопровождение грузов. Выполняя решение Совета безопасности от 2004 года, мы уже привели структуру, штат, дислокацию, оперативное построение войск в соответствие с задачами, которые нам поставлены. То, что сейчас делает Минобороны, у нас уже сделано: в 2005 году мы перешли на бригадно-батальонную систему, давно созданы региональные командования, соотношение офицеров (сейчас их 15--18%) и солдат приведено в соответствие с мировыми требованиями. У нас меньше генералов на тысячу солдат, чем в других силовых структурах.

 

— Глава МВД Рашид Нургалиев говорил о необходимости концепции строительства и развития внутренних войск. Есть уже такая концепция?

 

— Концепция строительства и развития внутренних войск России на период до 2020 года разработана, одобрена Советом безопасности. После утверждения президентом РФ ее надо будет претворять в жизнь. Конечно, применительно к той обстановке, в которой будет находиться наша страна.

 

— Что вы имеете в виду?

 

— Если добьемся стабилизации на Северном Кавказе, часть задач будет снята, численность и оперативное построение войск может измениться. Но сегодня говорить об этом еще рано. Напряжение существует. Как долго это будет продолжаться, прогнозировать я не могу.

 

— Как вы оцениваете обстановку на Северном Кавказе? Какова роль ваших войск в поддержании там конституционного порядка?

 

— Обстановка сложная, но управляемая. Конечно, трудно предсказывать обстрелы, подрывы, насильственные действия в отношении органов власти, федеральных сил, сложно реагировать на них. Но усилия Национального антитеррористического комитета, Федерального оперативного штаба, руководства оперативных штабов на территории северокавказских республик дают результат. В этом году во взаимодействии с другими силовыми структурами наши подразделения уничтожили более 230 бандитов, свыше 120 баз и тайников с оружием, боеприпасами и снаряжением.

 

К сожалению, должен констатировать: ряды боевиков пополняются за счет молодежи. Как ее обрабатывают, что заставляет молодежь идти в ряды боевиков, сейчас сложно комментировать. Однако мы способны контролировать ситуацию. Да, она может осложняться, будут еще вспышки насилия, но широкомасштабных действий деструктивных элементов не прогнозирую — думаю, у них нет на это сил и средств. Сегодня возможны лишь единичные уколы. Деструктивные силы подпитываются финансово по разным каналам, в том числе из-за рубежа.

 

— На базе военных округов в армии создаются оперативно-стратегические командования. Изменится в связи с этим что-то в оперативном плане для формирований внутренних войск, расположенных на территории этих округов?

 

— Нет, поскольку наши задачи с нас не снимаются.

 

— По итогам оперативно-стратегических учений "Ладога-2009" было отмечено, что уровень взаимодействия вооруженных сил и внутренних войск значительно вырос. В чем именно это выражается?

 

— Мы сопрягаем системы управления, у нас единое общее планирование по применению войск, совместный замысел их применения. Наши командиры выступают заместителями общевойсковых командиров по внутренним войскам, разработаны единые сигналы. В общем, понимаем друг друга с полуслова.

 

— Насколько я знаю, Федерация альпинизма России (ФАР) разработала единую систему горной подготовки для военнослужащих Министерства обороны и представителей других силовых ведомств, которая поможет им эффективнее и слаженнее действовать в горных и высокогорных районах. Как идет внедрение этой программы?

 

— Мы первопроходцы в этой программе. В 2004--2005 годах решением министра внутренних дел был создан горный учебный центр, с тех лет взаимодействуем с Минобороны. На сегодня у нас подготовлено 27 инструкторов, 22 спортсмена первого, 59 второго и третьего разрядов по альпинизму. Все подразделения разведки и спецназа проходят сборы в горах, всего для альпинистских дел у нас подготовлено 573 человека. Они проверены в реальных боевых условиях.

 

— В ходе реформы из армии увольняют большое число офицеров. Приходят ли они служить во внутренние войска?

 

— В наших войсках сегодня проходит службу около 15% офицеров, которые в разное время были переведены из вооруженных сил. И это нормальный процесс. Только в нынешнем году во внутренние войска пришло около 2 тыс. таких офицеров. Абсолютное большинство служит добросовестно. Есть те, кто обращается к нам в ходе организационно-штатных мероприятий, но мы не можем взять всех, поэтому проводим, как сейчас говорят, кастинг. Нас интересуют в основном специалисты, поскольку во внутренних войсках нет профильных училищ, готовящих авиаторов, связистов, медиков...

 

— Что стало после перехода на бригадную систему со знаменитой дивизией имени Дзержинского?

 

— Эта дивизия — резерв министра внутренних дел. Мы оставили ее структуру без изменений. Сейчас она называется «Отдельная дивизия оперативного назначения». Это без преувеличения особое соединение, с богатейшей историей, которая началась в 1924 году. Она всегда решала задачи исключительной важности, обеспечивая внутреннюю безопасность страны.

 

Не все знают, что дивизия участвовала в параде 1941 года, именно ее бойцы в 1945-м бросали к Мавзолею знамена побежденной Германии. Она обеспечивала безопасность Ялтинской и Потсдамской конференций с участием лидеров трех союзных держав — СССР, Великобритании и США. Первая рота почетного караула у нас в стране сформирована тоже в этой дивизии. Марш «Прощание славянки» написал Василий Иванович Агапкин, впоследствии концертмейстер 2-го полка дивизии Дзержинского. Первый международный танковый поход (в Китай) совершил отдельный танковый батальон этой дивизии в феврале 1937 года. СССР тогда поддерживал коммунистический режим и помогал выстоять ему против Чан Кайши.

 

Дивизия помогла и руководству Народной Республики Болгария в 1949 году обеспечить общественную безопасность в Софии: 2-й полк, переодевшись в гражданское (шляпы, драповые пальто, ботинки), был переброшен в болгарскую столицу.

 

— Не собираетесь возвращать во внутренние войска тяжелое вооружение, как это когда-то было?

 

— Когда началась первая чеченская кампания, войска укомплектовывались танками Т-62, прицепной артиллерией, минометами, БТР. Они выполнили свою задачу. В 2005 году тяжелое вооружение передали в Минобороны, откуда, собственно, его и получили. Сейчас у нас нет танков, сохранена часть БТР и БМП, артиллерия осталась на складах. Сейчас формируем артиллерийский полк — он необходим для решения локальных задач на Кавказе, чтобы сохранить жизнь наших людей.

 

Концепция развития войск предусматривает уход от тяжелого вооружения и техники. Нам сегодня нужна техника, которая являлась бы участником дорожного движения — нехорошо громыхать гусеницами по асфальту. У нас есть бронированные «Уралы», защищенные от пуль и осколков, есть современные бронированные автомобили «Тигр». Сейчас в стадии испытаний находится бронемашина СПМ-3. Она создавалась специально для внутренних войск и по своим характеристикам не имеет аналогов.

 

— Будем откровенны: к армии в стране традиционно более положительное отношение, нежели к внутренним войскам. Возможно, оттого, что в России некоторый процент населения прошел учреждения пенитенциарной системы и не забыл еще, что когда-то ВВ охраняли колонии, конвоировали этапы. Возможно, оттого, что «вектор силы» внутренних войск направлен внутрь страны, а не на защиту от внешнего врага, как у армии. Нужно ли менять отношение населения к вашим войскам? Как именно это сделать?

 

— Здесь вы, наверное, не совсем правы. Да, наши войска когда-то охраняли заключенных, были «заточены» на эту задачу. Но и тогда начальник охраны не подчинялся начальнику колонии. Многое было другим: в камерах не было сотовых телефонов, телевизоров, водки, наркотиков. И побегов было меньше. А если и случался побег, поднимались все войска страны. У нас и сейчас действует правило: если в течение пяти минут о происшествии не сообщено, руководитель несет за это ответственность. Все, что было хорошего у того конвоя, мы сохранили и развиваем. Не думаю, что люди, побывавшие в местах не столь отдаленных, которые мы охраняли, могут формировать отношение общества к нашим войскам.

 

Сравнивать внутренние войска и армию тоже несколько некорректно, потому что задачи внутри страны вряд ли менее важны, нежели внешние. Не знаю почему, но раньше о внутренних войсках говорили мало. А сегодня чаще вспоминают какие-то расстрельные отряды из войск НКВД. Их никогда не было в природе.

 

И вообще об участии внутренних войск в Великой Отечественной войне до сих пор написано недостаточно. Здесь еще много белых пятен, недомолвок, искажений. Знаменитую фразу на стене Брестской крепости «Умираю, но не сдаюсь» написал военнослужащий одного из полков ВВ. Первыми вступили в войну с фашистами внутренние войска: именно на них была возложена охрана переправ через пограничную реку. Мало кто знает, что войска НКВД отправили на фронт целые армии, дивизии, были родоначальниками горных подразделений, когда СССР готовил оборону Кавказа. Что войска НКВД первыми вступили в бой с подготовленными горнострелковыми дивизиями вермахта.

 

Менять отношение населения к внутренним войскам, мне кажется, сегодня не нужно. Оно сформировано. Есть результаты наших исследований. По мнению граждан, войска выполняют важные и необходимые стране задачи, о них мы говорили. Еще в 1997 году была принята комплексная программа повышения авторитета внутренних войск в обществе и престижа службы. Поднимает авторитет войск наш академический ансамбль песни и пляски, детские культурные учреждения, клубы, библиотеки, шефство над детскими домами.

 

Мы получаем много обращений: прошу призвать моего сына во внутренние войска, особенно в спецназ. Это тоже свидетельство определенного отношения к внутренним войскам.

 

— В вооруженных силах с нового года будет официально около 200 священников на штатных должностях и на окладах...

 

— У нас такой системы пока нет. Но мы тесно взаимодействуем с Русской православной церковью, у нас большое количество часовен, храмов, молельных комнат. В 248-м батальоне в Грозном открыта прекрасная мечеть. Если у наших военнослужащих есть необходимость приобщиться к вере, они имеют для этого все возможности. Если армейский опыт окажется удачным, мы, возможно, возьмем его на вооружение. Но копировать не станем.

 

Мы открыты для представителей религиозных конфессий, которые способны помочь в укреплении духа. Наши бойцы — 78 тыс. человек — каждый день заступают на службу для выполнения боевых задач с риском для жизни, ходят на ножи, под пули бандитов. 23 тыс. воюют на Северном Кавказе, остальные охраняют важные государственные объекты, что тоже непросто.

 

— Что за важные государственные объекты охраняют ваши войска, какие специальные грузы сопровождают?

 

— Объекты различных ведомств, в частности Гохрана, концерна «Росатом» — все атомные электростанции, атомные ледоколы в портах приписки. Объекты Министерства промышленности и торговли — пороховые заводы, предприятия по выпуску боеприпасов. Объекты Минобразования — институты, имеющие ядерные установки, реакторы. Объекты Министерства здравоохранения и социального развития — химической и биологической сферы. Под нашей охраной находятся и закрытые территориальные образования (ЗАТО) — Северск, Саров, Снежинск... Грузы — те, что идут на эти объекты и с объектов.

 

— Вы как-то сказали, что сегодня во внутренних войсках «служит поистине золотая молодежь России», что образование и физические данные призывников в последние годы улучшились. А армейское руководство постоянно жалуется на ухудшение качества призывников. У вас особенный отбор?

 

— Для меня золотая молодежь не та, что бездумно шикует по ночным клубам. Ребята, которые сегодня осознанно идут выполнять свой долг служения России, которые выполняют, рискуя жизнью, сложнейшие боевые задачи, — вот настоящая золотая молодежь. Что касается здоровья молодых людей, образования, могу в какой-то мере согласиться. Раньше во внутренние войска брали призывников, имеющих первую категорию здоровья, сегодня таких, к сожалению, значительно меньше. Как говорится, имеем то, что имеем. И из этих молодых людей стараемся сделать защитников внутренней безопасности страны. Раз выполняем поставленные перед нами задачи, это у нас получается.

 

Конечно, поступают призывники, которых надо откармливать, лечить, бывает, кого-то досрочно увольняем. Думаю, появление таких людей — из-за недоработок военкоматов, призывных комиссий, выполняющих план такой ценой. Но мы не бросаем этих парней, пусть родители не беспокоятся: если их сыновья попали в силовые структуры, это надо считать за благо. Тем самым они оторваны от криминальной среды, от безработицы. После службы они придут домой с другим мировоззрением, уровнем культуры. Будем смотреть правде в глаза, сегодня армия в России рабоче-крестьянская. И мы говорим: идите служить, это даст возможность в дальнейшем устроиться в жизни.

 

— СМИ постоянно говорят о дедовщине в армии. Есть ли такое явление во внутренних войсках и насколько оно распространено?

 

— Откажитесь от термина «дедовщина» — существует казарменное хулиганство, неуставные взаимоотношения. Перешли на один год службы, но по-прежнему говорим о дедовщине. Она была в 50-е годы, когда служили, как мой отец, по восемь лет, еще при трехгодичной службе что-то могло быть. Казарменное хулиганство сегодня есть, оно базируется на той психологии, с которой к нам приходят служить молодые люди. На нее накладываются естественные ограничения по службе — в перемещении, в распорядке дня. Один это переносит устойчиво, другой начинает искать объект, чтобы разрядиться, — пацана, не умеющего постоять за себя. Это в чистом виде хулиганство.

 

Действуют родительские комитеты, комитеты солдатских матерей, мы взаимодействуем с ними. Некоторые солдатские матери справедливо предъявляют счет родителям хулигана, не воспитавшим сына. А некоторые сразу бросаются на командиров. Но я не видел ни одного командира, который заставил бы солдата избивать другого солдата, воровать, собирать деньги... Хотя каких-то отрицательных моментов не исключаю — в войсках бывают хулиганские проявления. Реагируем мы на них жестко. Каждый такой случай получает принципиальную оценку. Никогда никого не покрываем — ни самого хулигана, ни командира, допустившего в своем подразделении нарушение устава.

 

Сегодня «старослужащие», как они себя называют, поступают особенно цинично — заставляют родителей «молодых» класть на телефонные карточки деньги, присылать переводы, покупать подарки. Хотя (это может показаться странным) подавляющее большинство стычек происходит между солдатами одного призыва. Главная преграда нарушениям — тот объем задач, который перед нами. Когда люди заняты, у них нет времени на глупости.

 

— В 2010 году расходы на внутренние войска, по данным Минфина, увеличатся на 7,2 млрд руб. — до 65,4 млрд. Вы не раз говорили, что этих средств вполне достаточно, более того, сокращение финансирования не повлияет на боеготовность войск. Вы, наверное, единственный из силовых руководителей делаете такие заявления, все требуют увеличения сумм.

 

— Да, мы не просим денег. Те финансовые средства, которые нам выделяются, дают возможность оснащать войска, обеспечивать их, строить жилье. Конечно, хотелось бы больше, но мы понимаем возможности государства. Могло бы руководство страны дать больше, дало бы — они понимают, что такое внутренние войска, их роль и место. Но финансирование наших войск ежегодно растет, порой перекрывая инфляцию. Вовремя выплачивается заработная плата.

 

Мы для государства, наверное, самая малозатратная структура, если сопоставить с объемами задач, которые войска выполняют. В то же время с 1992 года награждено 26 тыс. наших солдат, офицеров, генералов — в основном орденами Мужества, 96 военнослужащим присвоено звание Героя России, из них 62 посмертно. Только в этом году Героями стали трое наших ребят, двое из них — кемеровские спецназовцы Сергей Цветков и Тимур Ибрагимов — погибли, закрыв собой от бандитских пуль боевых товарищей.

 

— Руководство страны поставило задачу обеспечить жильем военнослужащих Минобороны до 2011 года. Когда получат жилье все военнослужащие внутренних войск?

 

— У нас такая задача — до 2012 года, она выполняется по плану, и при нормальном финансировании мы обеспечим своих военнослужащих и служебным, и постоянным жильем. Военнослужащие внутренних войск на вокзалах и в машинах не живут. В прошлом году мы решили важную проблему. Дело в том, что прежде части по охране важных государственных объектов обеспечивались жильем только за счет предприятий. Но министерства и ведомства, куда эти предприятия входят, не имели такой возможности: акционировались, перешли в другое подчинение, обанкротились.

 

В итоге наших военнослужащих ждала бесквартирная жизнь. Они были брошены. А главкомату по закону было не положено заниматься этой проблемой. Но полтора года назад после долгой борьбы внесли изменения в соответствующий закон. Суть изменений в том, что отныне жилье для военнослужащих частей по охране важных государственных объектов и специальных грузов будет возводиться в том числе и за счет бюджета внутренних войск. Тем самым удалось уравнять в правах на получение жилья военнослужащих всех частей внутренних войск независимо от специфики выполняемых ими задач.

 

— В нашей современной истории был такой парадокс: флот России праздновал 300-летие, а армия — 7-летие. Нынешним внутренним войскам, по официальной историографии, без малого 200 лет. Откуда взялась такая дата?

 

 — Флот, я думаю, не мог существовать раньше пехоты. А дата создания ВВ исторически выверена. 27 марта 1811 года Александр I своим указом приказал генералу от инфантерии графу Комаровскому, участнику итальянского похода Суворова, собрать все части, которые охраняли правопорядок на территории Российской империи, и создать единый корпус внутренней стражи «для охранения тишины и спокойствия». Исходя из этой даты в 1996 году указом президента был учрежден День внутренних войск. В советское время такой праздник не отмечался.