Медики особого назначения

 

В медицине существует понятие: «золотой час ». Если после ранения в течение первых 60-ти минут оказывается квалифицированная медицинская помощь -  это спасает жизни в 90  процентах случаев. Здесь, как говорится, промедление – смерти подобно. Задержка в оказании помощи только на два  часа приводит к тому,  что число выживших после ранения падает уже до 10  процентов. Поэтому вопрос оперативной доставки раненого с поля боя -  актуален!

 

Госпиталь готов к вылету

 Однако есть и другая дилемма - даже если оперативно эвакуировать бойца непосредственно из зоны боестолкновения, ещё не значит, что  раненому вовремя окажут полноценную помощь. Дело в том, что,  как говорят военные медики, «плечо  подвоза» может оказаться далеко не  близким. До госпиталя, находящегося обычно в глубоком тылу, надо ещё долететь-доехать... А это опять же - то  самое драгоценное время!

Чтобы сократить «плечо подвоза»,  а значит приблизить доставку раненого к «золотому часу», необходимо  госпиталь... «придвинуть» как можно ближе к району, где ведутся боевые действия, разразилась природная либо техногенная катастрофа...

...В этом году - 24 июня - уникальное в своём роде подразделение будет отмечать 20-летие со дня образования. Именно эта дата, когда был подписан приказ командующего внутренними войсками о создании, считается началом боевого пути Медицинского отряда специального назначения (МОСН) Главного военного клинического госпиталя внутренних войск МВД России. Отряд в системе министерства в своём роде единственный на всю страну. Окончательно сформировалось и заработало в полную силу подразделение в 1997 году.

Через 24 часа после поступления приказа медицинский спецназ со всей материальной базой готов вылететь в любой район страны, где будут выполнять служебно-боевые задачи военнослужащие внутренних войск МВД России, и развернуть там КМП (комплекс медицинский подвижный).

Основной активный период деятельности МОСН пришёлся на вторую чеченскую кампанию, когда полевой модульный госпиталь был передислоцирован из Моздока в аэропорт Северный города Грозный и развернут в расположении 357-го отдельного медико-санитарного батальона (ОМСБ) на базе 46-й отдельной бригады оперативного назначения ВВ МВД России. Тогда и началась самая интенсивная работа.

Таким образом, с момента, что называется, подключения к делу «эмоэсэновцев» общая летальность среди раненых сократилась на порядок и составила 2,3 процента. А возвращение бойцов в строй достигло 93 процентов. Это очень приличный показатель работы военных медиков.

На территории Северного Кавказа спецназовцы от медицины работали не покладая рук, порой без сна и отдыха. Зачастую в авральном режиме. Так, 27 декабря 2002 года в комплексе зданий правительства Чеченской Республики произошёл теракт. Тогда при подрыве двух начинённых взрывчаткой машин погиб 71 человек, 640 получили ранения. Уже через несколько минут в медицинские модули отряда поступило около 200 раненых. «Тяжёлых» тут же оперировали с последующей эвакуацией. Врач-реаниматолог сопровождал пациентов при дальнейшей эвакуации. Как правило, это были близлежащие госпитали, расположенные во Владикавказе, Ростове-на-Дону, Нальчике, Пятигорске. Были случаи, что приходилось и в Москву отправлять.

В 2010 году металлические модули были переданы 46-й ОБРОН. Сейчас специалисты МОСН способны в кратчайшие сроки переместиться туда, где прогнозируются наибольшие санитарные потери. Отряд оснащён новейшей медицинской аппаратурой, в его составе - 5 специальных автомобилей (операционная, стерилизационная, рентгена-диагностический кабинет, лаборатория, аптека) и 16 пневмокаркасных модулей, в которых есть всё необходимое для работы в автономном режиме. Одновременно на излечении в МОСНе может находиться полсотни раненых. За всю историю существования подразделения экстренная помощь оказана порядка шестнадцати тысячам человек.

Командир МОСН ГВКГ МВД России полковник медицинской службы Дмитрий Давыдов - во внутренних войсках человек известный.

Его командировки на Северный Кавказ уже не поддаются счёту. Во многом благодаря усилиям военного врача, его мастерству и таланту генерал-полковник Анатолий Романов и тяжело раненные в результате того теракта военнослужащие выжили. Но офицер узнал, кого спасал, лишь позже. Однако всё по порядку.

Секунды после «Минутки»

В группировку войск на Северном Кавказе Дмитрия Владимировича распределили сразу после окончания Самарского военно-медицинского факультета. И ни куда-нибудь, а в 8-й отряд специального назначения ВВ МВД России. В то время его бойцы выполняли задачи по сопровождению и обеспечению безопасности командования войск. В том числе и командующего внутренними войсками МВД России Анатолия Романова. На тот момент он, как представитель государственной власти, проводил мирные переговоры в регионе, занимался дипломатией... И вот уже, казалось, ситуация сводилась к тому, чтобы завершиться мирным путём - бандиты организовали на него покушение на площади «Минутка». В тоннеле был заложен фугас. В момент, когда рядом проезжал автомобиль с командующим, прозвучал взрыв. Санинструктор отряда, следовавший в группе сопровождения, сумел оказать первую медицинскую помощь тяжело раненному генералу. Все остальные, кто ехал в «уазике», превращённом взрывом в груду искорёженного железа, погибли на месте: помощник командующего полковник Александр Заславский, водитель рядовой Виталий Матвийченко. Тогда диверсия в тоннеле перечеркнула все многомесячные усилия по стабилизации обстановки.

Рассказывает Дмитрий Владимирович: «Романова сопровождала 3-я группа 8-го ОСН (два БТРа 3-й группы). Теракт унёс жизни 3 человек, 18 военнослужащих получили ранения и контузии. Информация о произошедшем мгновенно была передана по каналам связи. На место выехали основные силы отряда. До тоннеля мчались на огромной скорости. Не прошло и 10 минут, как мы прибыли на место подрыва (с Ханкалы выезжали). Ребята, которые остались живы, оперативно организовали эвакуацию: остановили гражданский автобус, шедший навстречу. Погрузили в него раненых. С сопровождением доехали до эвакуационного ханкалинского госпиталя. Пострадавшим сразу же оказали первую врачебную помощь и подготовили к дальнейшей эвакуации. Мы понимали - их необходимо скорее отправлять. Один из них - Денис Ябриков из нашего отряда. На нём была спецназовская форма «кукла». Он находился в охране Романова и вместе с ним попал в эпицентр взрыва. А вот командующего не узнал - лицо было сильно повреждено. Травма тяжёлая - не совместимая с жизнью. В воздухе начались проблемы с давлением. Видно было, что человек умирал.

Сколько летели - не помню. Может, минут 40, а то и больше. Они показались вечностью! И каждая секунда - в напряжении. Вертолёт трясся, как трактор по полю... Подпрыгивал то ниже, то выше: раствор приходилось вводить с помощью шприцов. Сменяя друг друга, мы с медсестрой по очереди успевали помочь каждому. Самый тяжёлый был Романов. Всё делали одновременно. Одна рука «дышит» мешком Амбу, другая «колет», третья... ещё кого-то умудряется спасать...

В итоге всех удалось довезти живыми. Передали местной бригаде врачей. О том, что спасал Романова, узнал только на обратном пути, когда при возвращении оказался пробитым стабилизатор вертолёта и экипаж принял решение совершить вынужденную посадку. Вышли из «вертушки». У меня руки в крови. Попросил лётчика полить на них водой. Разговорились. И тот рассказал, что эвакуировали «самого генерала Романова».

Это была тогда моя первая командировка на Северный Кавказ».

Реанимация в воздухе

 Сотрудникам медотряда спецназначения неоднократно приходилось буквально под обстрелом выполнять свой профессиональный долг - спасать жизни своим боевым товарищам.

...2000 год. Моздок. Группа МОСН - 24 человека. Поступает команда - срочно эвакуировать
раненых. За «грузом-300» вылетает бригада в составе врача-реаниматолога Андрея Ткаченко и медсестры-анестезиолога Елены Ябровой. Их попутчиками на борту в качестве пассажиров оказались два лётчика, летевшие на замену. Один - командир экипажа Ми-8, другой - Ми-26. Однако до места назначения добраться так и не удалось...

По пути вертолёт попал под шквальный обстрел из зенитной установки боевиков. И в доли секунд днище «вертушки» превращается в решето. Просто чудо, что не задело врачей, но контузило... Как и чудо то, что огромный топливный бак, находящийся здесь же, остался невредимым. А вот обоим вертолётчикам повезло меньше. Только прибыв в командировку, не успев добраться до места службы, они получили тяжёлые ранения. Командиру экипажа МИ-26 снарядом оторвало ногу. У его коллеги была пробита почка и серьёзно повреждена рука. И вот ситуация: обстрелянный вертолёт продолжает лететь. Внутри - раненные. Теперь вступил в свои права «золотой час».

Медики тут же наложили жгуты, давящие повязки, поставили систему для внутривенного восполнения кровопотери, ввели обезболивающее, и экипаж тем временем принял решение - возвращаться и садиться в районе Моздокского госпиталя. И буквально в течение 30-40 минут с момента обстрела лётчиков доставили в госпиталь, успешно прооперировали. Таким образом им спасли жизнь. А к тем, к кому изначально направлялась бригада, на другой «вертушке» улетела иная группа врачей. Потом обоих медиков наградили орденом Мужества. Кстати, за всё время нахождения в зоне вооружённого конфликта боевых потерь в отряде не было. Бог миловал.

«Самым тяжёлым испытанием для меня была смерть! - вспоминает Дмитрий Владимирович. - Гибель на операционном столе пациента! Когда видишь, что тяжело раненный уже, грубо говоря, не жилец на этом свете, но продолжаешь делать всё возможное... Когда ты бессилен перед теми повреждениями, перед тем состоянием человека... И становится страшно, что ничем не можешь ему помочь... От беспомощности хочется выть волком, но, стиснув зубы, продолжаешь спасать! А потом - раз... и человека нет! Это самое страшное.

Каждый ушедший из жизни на операционном столе всё равно остаётся навсегда в памяти. Ты ложишься спать... Тебе что-то снится. Ты вспоминаешь... Не случайно говорят в среде медиков и врачей, что меньше всех живут реаниматологи и хирурги. Потому что нагрузка, которая приходится на них, - колоссальная, особенно морально-психологическая. После выполнения служебно-боевых задач основная часть отряда специального назначения вернулась на место постоянной дислокации - в подмосковную Балашиху. Однако группа медицинского усиления МОСН продолжает действвать в составе ОГВ(с) на территории Северо-Кавказского региона и по сей день».

Врачи отряда постоянно участвуют в тактико-специальных учениях. Одно из них под кодовым наименованием «Барьер-2013» проходило на Северном Кавказе. Тогда медикам-спецназовцам пришлось принимать  в своих модулях не «подкрашенных  обровольцев», а действительно раненых бойцов. Дело в том, что неподалёку от учений в одном из регионов в это время проводилась спецоперация по ликвидации террористов...

Покидая эту, действительно, уникальную в своём роде воинскую часть, я начинал корить себя за то, что так и не нашёл сил спросить командира подробнее о его личном «кладбище». Не по-журналистски как-то вышло, думалось мне сперва. Но в итоге понял, что правильно сделал - слишком личные моменты.

Эта та сфера, куда посторонним вход строго воспрещён!

Сергей БАШКАТОВ

P.S. Когда материал готовился к печати, стало известно, что у Дмитрия Давыдова случилось пополнение в семействе - родился сын.

Коллектив газеты «Щит и меч» присоединяется по этому случаю к поздравлениям сослуживцев командира МОСН. От всей души желаем здравия и семейного благополучия. Пусть всё получится!